28 апреля священника «Московского центра Дзен» Илью Васильева снова приговорили к реальному сроку. Прошлый приговор, 8 лет лишения свободы, был отменён в апелляции, и теперь суд снизил наказание на 2 года.
52-летний Васильев больше известен под псевдонимом Арви Хэкер. В девяностые, ещё до массового распространения интернета, он начал преподавать программирование и основал «Гражданскую школу хэкеров». Термин «хэкер» сам Васильев расшифровывает как «этичный хакер», который старается не причинять людям вреда своей работой.
То же самое Васильев говорил и про пост в фейсбуке, за который его судили. Он был написан на английском языке в декабре 2022 года. Речь шла о несостоявшемся рождественском перемирии в Украине, упоминалась гибель людей в Херсоне, где живёт семья отца Васильева.
Позже пост был удалён, но силовики успели сделать скриншот. Следователь перевёл текст на русский и отправил его на экспертизу. Экспертиза нашла в словах Васильева мотив политической ненависти.
В суде защита возражала, что у священника в дзен-буддизме мотива ненависти не может быть по определению. В последнем слове Васильев добавил, что считает уголовное дело искусственным препятствием на своём пути к монашеству. Прокуратура настаивала, что подсудимого нужно изолировать от общества и перевоспитывать.
Речи в прениях вышли далеко за пределы конкретного уголовного дела и коснулись природы насилия, отношений государства с религией и механизмов, с помощью которых создаётся атмосфера страха. Мы приводим фрагменты прений сторон и последнего слова священника. Объяснение буддийских терминов, которые упоминала защита, вы можете найти в конце текста.
Ненависть и сострадание
Анна Туголукова, защитница Ильи Васильева:
Чтобы понять, почему слова дзенского священника не могут содержать ненависти, нужно хотя бы на минуту представить, чему учит дзен. Дзен – это не политическая доктрина, это практика прямого указания на природу ума. В дзен есть понятие дзихи – сострадание, которое не выбирает объект. Оно подобно дождю. Дождь не решает, куда пролиться: на поле крестьянина или на поле сборщика налогов. Он льётся на всех одинаково.
Когда Илья Владимирович писал свой пост, он не делил людей на наших и ваших. Для сознания, воспитанного в традиции дзадзен*, нет принципиальной разницы между страданием солдата одной армии и страданием солдата другой. Есть просто страдание – духкха**, первая благородная истина. Есть просто боль матери, потерявшей сына, независимо от того, на каком языке она плачет.
Я прошу обвинение ответить на вопрос: «Если врач в полевом госпитале перевязывает раненого врага, движим ли он в этот момент ненавистью к своим?» Нет, он движим исключительно состраданием к живому существу. Священник дзен – тот же врач. Только его поле битвы – человеческий ум, отравленный иллюзией разделения. Его проповедь – попытка перевязать рану до того, как она появится. Где здесь мотив политической ненависти? Он (подсудимый – ред.) не враждует с государством, он враждует с самим явлением страдания как порождением человеческого невежества.
Признать мотив политической ненависти в словах священника дзен – значит поставить знак равенства между духовной практикой тысячелетней давности и сиюминутной политической конъюнктурой. Это всё равно что обвинить сакуру в том, что она цветёт весной, когда проходит чья-то избирательная кампания. Сакуре безразличны выборы. Она цветёт, потому что пришло её время. Пост Ильи Васильева был вызван тем, что любые события, вызывающие человеческие страдания, для буддийского священника – это время кричать о сострадании.
Илья Васильев, подсудимый:
Работая со всем спектром человеческих чувств, эмоций, мы в дзен-буддизме следим, чтобы ими не заражаться. Каждое полнолуние мы проводим обряд обновления обета бодхисаттвы***. Я стараюсь соблюдать его даже в трудных условиях русского СИЗО. Этот обряд в том числе защищает нас от ненависти, от зависти и заблуждений, а также укрепляет в благородных мотивах нашего поведения. В записи 25 декабря 2022 года (ставшей поводом для уголовного дела – ред.) нет мотива, указанного в п. «д» ч. 2 ст. 207.3 УК РФ (мотива политической ненависти – ред.), так как 8 декабря, когда было полнолуние, я участвовал в обряде очищения от ненависти. Все доказательства обвинения ничтожны, так как относятся к более ранним датам, до проведения обряда.
Представительница прокуратуры:
Показания подсудимого Васильева являются средством защиты, чтобы избежать наказания за содеянное преступление. Кроме того, сам подсудимый Васильев подтверждает создание публикации на английском языке на своей странице в сети «Фейсбук» с сохранением пунктуации в записи с переводом на русский язык. Выводы о подмене смысла при переводе публикации не состоятельны. Действия Васильева носили публичный характер, материалы находились в свободном доступе неограниченного круга. Таким образом, квалификация по п. «д» ч. 2 ст. 207.3 УК РФ нашла своё подтверждение.
Рисунок группы поддержки Ильи Васильева
«Нет солдатских пряжек с надписью “С нами Будда”»
Илья Васильев:
Прошу учесть уникальные обстоятельства моего дела, имеющего религиозную и международную окраску, стремление России сохранять свободу совести и хорошие отношения с мировой религией – буддизмом. Обвинительный приговор – это осложнение международных отношений, которые РФ сейчас пытается выстраивать и восстанавливать. В моём деле права человека, их отражение в Конституции РФ и международные договоры имеют существенную роль, так как суд идёт над представителем буддизма, принявшим в Москве обет бодхисаттвы. За моей судьбой, за этим процессом наблюдают люди из разных стран, о чём свидетельствуют петиции и характеристики. По результату, по приговору будут судить о соблюдении прав человека в России, об отношении российского государства к религии. Будут выводы и о том, как относиться к русскому православию в других странах, включая буддистские государства Азии и Океании. Поступайте с другими так, как хотите, чтобы поступали с вами.
Следователь по рапорту из ФСБ влез в разговор буддистов на религиозную тему, не разбираясь в дзэн. И под влиянием политического момента, который изменился, эти силовики дали ложную интерпретацию моей публикации и провоцируют суд на ненужный межконфессиональный и международный конфликт, вредящий коренным интересам России.
Кому-то хочется осуществлять давление на священников, чтобы мы сражались на стороне того или другого военного лидера. Но Будда не принимает сторону. Нет солдатских пряжек с надписью «С нами Будда». Наоборот, принимая сторону Будды, достигаешь победы и мира. Поэтому Будду называют почитаемым в миру, называют всепобеждающим.
Открытие ещё одного фронта против буддизма не выгодно России. Так как однажды Россия сама может быть вовлечена в конфликт, где правда и дхарма**** на её стороне. И тогда наша буддистская поддержка может означать разницу между победой и поражением.
Этот (судебный – ред.) процесс меня провоцирует объявить чуждые мне взгляды абсолютным злом, как уже это сделали русские эмигранты. Но буддизм учит, что ничего вечного не существует. Нет ни абсолютного зла, ни абсолютного добра. Всё временно и непостоянно.
Иногда трудности длятся годами, иногда десятилетиями. А работа у священников дзен одинаковая: помогать людям вокруг себя, проводить медитации и в тяжёлые, и в лёгкие времена, и в больших храмах, и на тюремных нарах.
Иногда нам удаётся останавливать войны и спасать жизни тысячами, сотнями тысяч. Иногда не удаётся. В 2022 году перемирия, увы, не случилось. Но в 2026 году оно состоялось. Пусть медленно, но история идёт в ту сторону, в которую мы призываем.
Анна Туголукова:
Пыль оседает на зеркале, но зеркало не становится пылью. Антивоенная риторика оппозиции может совпадать со словами священника, но их корни различны. У политика корень – борьба за власть. У священника – сострадание ко всем живущим.
Преступление против человечества
Представительница прокуратуры:
Учитывая необходимость исправления подсудимого, восстановления социальной справедливости, нарушенной в результате совершения подсудимым преступления, а также необходимость предупреждения совершения новых преступлений, следует полагать, что цели наказания могут быть достигнуты только в условиях изоляции от общества.
При назначении наказания прошу суд учесть тяжесть преступления, характер и степень общественной опасности деяния, данные о личности подсудимого, а также влияние назначенного наказания на исправление и перевоспитание осужденного.
Рисунок группы поддержки Ильи Васильева
Геворг Алексанян, адвокат Ильи Васильева:
Кого мы пытаемся перевоспитать? В чём заключается исправление человека, который пишет слова? Получается, мы должны его перевоспитать, чтобы он больше никогда не призывал к миру? Что он должен осознать за тот срок, который просит обвинение? Какие цели наказания должны быть достигнуты? Может быть, мне кто-нибудь ответит когда-нибудь.
Илья Васильев:
Мои убеждения про свободу слова никуда не денутся. Никакое перевоспитание не сделает из меня фашиста, который нарушает права других людей. Наоборот, свободу слова я признаю и за собой, и за другими.
Очень много людей отдало свои жизни, чтобы в России была Конституция. Необходимость прав человека была установлена после Второй Мировой войны, и Советский Союз подписался под этим.
Нарушение права на свободу слова – это преступление не против конкретного человека, а против всего человечества. Crime against humanity. Иногда это переводят как «преступление против человечности». И мнение той страны, где нарушают права человека… Оно, конечно, учитывается, но не является решающим.
Суд выносит решение именем Российской Федерации. И я прошу его не становиться орудием преступления. Потому что именно этого добивается сторона обвинения.
Рисунок группы поддержки Ильи Васильева
Геворг Алексанян:
Если бы больше 10 лет назад в университете, на предмете «уголовное право» мне поставили задачу определить, есть ли состав преступления в публикации, в словах, я бы, наверное, ещё тогда задумался, стоит ли вообще заниматься уголовными делами и точно ли наше общество движется туда, куда нужно. Но в сегодняшних реалиях эта задача поставлена перед судом стороной обвинения.
В вину Васильеву вменяется то, что он одной записью «вызвал у граждан чувство тревоги, страха, беспокойства и незащищённости со стороны государства». Я задаюсь вопросом, а какое чувство вызывает у граждан сторона обвинения, когда запрашивает 8 лет лишения свободы по такому делу? Возможно, в другой день та же сторона обвинения будет запрашивать тот же срок за двойное убийство. То есть государство ставит эти преступления на один уровень.
Лично у меня чувство незащищённости вызывает наш сегодняшний процесс. Готовясь к прениям, я пытался говорить теми словами, из-за которых завтра не окажусь на месте Ильи. Я не могу полноценно говорить вслух то, что вижу и чувствую, потому что государству неудобно иное мнение. Именно это вызывает чувство незащищённости у меня и моих знакомых.
Нельзя оправдывать действия стороны обвинения временем, в котором мы сейчас находимся. Времена меняются, но в каждом из них мы сами выбираем, какими быть.
Грешники
Илья Васильев:
Работа священника – это работа не только со святыми, но и с грешниками. Ну или с теми, которые таковыми считаются. В наших пробирках духа есть и лекарственные, и ядовитые снадобья, к которым мы подпускаем не всех.
Силовики, забравшие мой телефон, не проходили духовного обучения и сразу стали использовать сильные оппозиционные мемы и материалы против соотечественника, коренного москвича, стремясь засадить в тюрьму священника. Страшно представить, какой вред они могли бы причинить России, столкнувшись с информацией о настоящих адских, инфернальных сущностях, в которых часть религиозных людей верит и с которыми священники тоже работают.
Нельзя вот так громить места практик религиозных групп, повторяя не самый лучший опыт советских воинствующих атеистов из всё тех же ведомств.
Сейчас я иду к монашескому постригу в традиции школы Сото Дзен. И данный уголовный процесс вызван не тем, что я совершил якобы некое преступление. Причина происходящего – интриги лейтенанта ФСБ, который написал рапорт, подсунул следствию своего эксперта, чтобы создать мне препятствия на великом пути.
Такие препятствия известны в буддийской традиции с древних времён. Когда Будда, сидя под деревом просветления, увидел утреннюю звезду и достиг просветления, его пытались сбить с пути. Легенда рассказывает, что было видение, где полчища воинов царя Мары*****, силовики того времени, набросились на Будду, но Будда вышел к монашескому сообществу.
И я к этому приду. Не знаю, в этом году или через 8 лет (срок, запрошенный прокуратурой – ред.). Но правда всегда торжествует.
Словарь
*Дзадзен – практика медитации, характерная для дзен-буддизма;
**Духкха (страдание) – одна из четырёх благородных истин в буддизме;
***Обет бодхисаттвы – стремление помогать живым существам выйти из сансары (цикла перерождений) и прийти к нирване (избавлению от страданий), а также обещание соблюдать совершенство мудрости, нравственности, усердия, терпения, даяния и созерцания;
****Дхарма – учение, истина, нравственный закон в буддизме;
*****Мара – Бог смерти, демон-искуситель. От его имени происходит слово «кошмар» (nightmare). Илья Васильев называет Мару «князем иллюзий» и утверждает, что некоторые люди «ассоциируют его с Сатаной».
